tikser (tikser) wrote,
tikser
tikser

Сказка

Маленькая избушка на курьих ножках словно вынырнула из леса. Пройди Иван-царевич в шаге от этой полянки - и не заметил бы. Оглядевшись по сторонам, он пробормотал себе под нос:
- Кто, кто в теремочке живёт?- и стремительным броском пересёк полянку. Присев у крылечка, ещё раз огляделся, и бесшумно ступая, подошёл к низенькой двери. Оглядел косяк, петли и пол, а потом столь же бесшумно распахнул дверь. Как будто всю жизнь так делал.
В избе хлопотала женщина. Стройная, в вязаном свитере и почему-то на шпильках, она зачем-то наклонилась к устью печи.
Иван-царевич был не чужд эстетики и мгновенно вдохновился открывшимся видом.
Но как только он возложил свои длани на предмет вожделения, как резкая боль пронзила его ступню. Перед глазами словно взорвался горшок с кашей, и тяжёлая пелена беспамятства упала на его чело...

Сознание возвращалось нехотя.
Из чувств первым ожил вкус. "Значит, горшок каши не привиделся",- подумал Иван. Думать было больно.
Потом вернулось зрение - мутное и с помехами. При попытке убрать налипшую на лицо кашу вернулось осязание - гость почувствовал, что крепко связан.
Потом прошёл звон в ушах
- ... не фига, понял?
- Не-а.
- Чё ты не понял?
- Ничего.
- Ты что, тупой?
- Не, я не слышал. Тебя как зовут-то?
- Ага,- задумчиво произнесла незнакомка,- Ясно. Типичный делириум тременс.
- Вот не любишь ты людей, Яга!- укоризненно заметил Иван-царевич.
- Людей я как раз люблю! - веско сказала хозяйка, помешивая что-то в большом чугунке, стоящем в печи,- но на небольшом расстоянии. А то припрётся, понимаешь, "повернись", - грит,- "к лесу передом, ко мне задом!" и давай за попу трогать! А у меня тактильная чувствительность, может, повышенная!
Иван не всё понял - думалось всё ещё с трудом. Но общее недовольство в тоне уловил и развил тему:
- Дык, и я об чём! На расстоянии, но небольшом! Пару вершков для начала в самый раз будет!
- Вершков, корешков...- проворчала женщина,- Ох ты ж! Из-за тебя, остолопа, корешки забыла!
Она резво вскочила с лавочки, отодвинув какое-то рукоделье, и, грациозно вытянувшись, достала с высокой полочки матерчатый мешочек. От мешочка изходил отчётливый пряный дух - к царевичу вернулось обоняние. И почему-то сразу захотелось есть.
Хозяйка отодвинула заслонку и кинула горсть корешков в чугунок. По избе поплыл умопомрачительный аромат.
Иван сглотнул слюну и решил зайти издали:
- А что за пряжу ты, хозяюшка, штопаешь?
Женщина одарила его насмешливым взглядом.
- Головка болит, да? Умишко-то не повредил, падаючи? Где ты пряжу увидел? Это ж перевод!
Иван понял, что опять не понимает, но не сдавался:
- Перевод чего?
- Ниток, конечно,- хмыкнула хозяйка,- ты грамоте-то обучен?
- А как же!- горделиво ответил Иван, пытаясь приосаниться,- Как есть все три на десять да ещё две буквы знаю!
- Вообще-то тридцать три... Ну, читай, грамотей!
И она повернула к нему пяльца.
Царевич решил, что над ним издеваются - ни одной знакомой буквы.
- Какая-то у тебя странная грамота - как будто крючочки какие меж собой связаны!
- Это и есть вязь, балда! Чуркменская!
Женщина обиделась, отвернула пяльца от пленника и села к нему боком, о чём-то задумавшись. Сквозь свитер крупной вязки просвечивало... Иван зажмурился - призрак горшка с кашей застил соблазнительную картину. Отдышавшись, он продолжил разговор, кивнув в сторону печки:
- А что у тебя варится в чугунке-то оном?
Хозяйка посмотрела на него с некой даже жалостью:
- А ведь я ж тебе говорила, болезный. Людей я люблю. Людей. В кляре, в подливке, да с корешками...
Tags: Сказки
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 12 comments